Концертные предисловия Саймона и Гарфанкеля

Live at Tufts University, 1967 (S&G)

Во время выступлений Саймон и Гарфанкель сопровождали свои песни краткими предисловиями. Вот предисловия из концерта в Университете Тафтс, Медфорд, Массачусетс, США, 02.01.1967 года:

  1. Sparrow
  2. ?
  3. A Most Peculiar Man
  4. Red Rubber Ball
  5. The Dangling Conversation
  6. ?
  7. The 59th Street Bridge Song (Feelin' Groovy)
  8. Richard Cory
  9. Benedictus
  10. Blessed
  11. A Poem on the Underground Wall

Предисловие к "Sparrow"

RealAudio 8 kbps, моно, 2:50 с

Paul Simon: Amongst my many neuroses, there was a time when I couldn't bear the thought of digging yourself, I thought that was the worst thing, to dig yourself, to think that you were good. Because if you did dig yourself you never did anything naturally and you're always worried about "was I cool, wasn't I cool?" You know what I mean. Type scenes. A tendency to look into imaginary mirrors to see how you're coming out of every situation. So, during the depths of this neurosis, I'm, like, shaving with my eyes closed, you know. See myself.

One day I walked down Broadway in New York, and where Broadway crosses 52nd street there's a drugstore that has a black, plate glass window. Very clearly you can see your reflection in it, if you are of the nature to seek out your reflection in drug store windows. So, anyway I look and pow! there I am. So, I was shocked, I hadn't seen myself in about a year.

So I was, you know, truth be told, I was digging myself for about 45 seconds, an intense dig. When this bird that was perched overhead, like, total disregard for me, just, he defecated on me. I don't know if this has ever happened to you, but if it has, you know that it is virtually impossible to maintain your cool under those circumstances. Right? And all I can think of, you know how thoughts raise through your mind in moments of crisis, all I can think of is, like, "there goes a happy bird". And then I'm fantasizing, saying: "Can you imagine this bird, sort of floating above the city of New York for a week, you know that, looking for a place to land, like, saving up." You know that. Don't dig yourself.

Relative to nothing, this is a song called "Sparrow".

Пол Саймон: Среди множества моих неврозов был и такой, что я не выносил и мысли о том, чтобы копаться в себе. Мне казалось, что это хуже всего, копаться в себе, искать хорошие стороны. Потому что если ты копаешься в себе, ты никогда не поступишь естественно и всегда беспокоишься, хорош ли ты, плох ли ты. Вы знаете, что я имею в виду. Обычное дело. Склонность постоянно заглядывать в воображаемые зеркала и смотреть, как ты выбираешься из того или иного положения. И в гуще этого невроза, представляете, я даже брился с закрытыми глазами. Посмотрите на меня.

Однажды я шел по Бродвею в Нью-Йорке, и там, где Бродвей пересекается с 52 улицей, была аптека с черным окном зеркального стекла. В нем вы можете очень четко увидеть свое отражение, если вы склонны выискивать свое отражение в окнах аптек. Вот, так или иначе, я посмотрел, и ого! там был я, и я был шокирован, я не видел своего отражения примерно с год.

И вот я, знаете, сказать по правде, я копался в себе примерно 45 секунд, напряженно так копался. В этот момент птица, усевшаяся у меня над головой, с полным пренебрежением ко мне просто нагадила на меня. Не знаю, случалось ли такое с вами, но если случалось, то вы знаете, что в таких обстоятельствах практически невозможно сохранять хладнокровие. Верно? И все, о чем я мог подумать, — вы знаете, как в критические моменты мысли проскакивают в вашем сознании, — все, о чем я мог подумать, было: "Вот летит счастливая птица". Потом я стал фантазировать, примерно так: "Представь себе эту птицу, типа как она носится над городом Нью-Йорком всю неделю, знаете ли, высматривая, где бы облегчиться, и все накапливая в себе." Ну, вы знаете. Не копайтесь в себе.

Без каких-либо особых причин эта песня называется "Sparrow".

Предисловие к "A Most Peculiar Man"

RealAudio 8 kbps, моно, 38 с

Paul Simon: This is a song called "A Most Peculiar Man". This is a song that I wrote when I was living in London, and the seeds of the song were planted one day when I read an article in a paper about a man who had committed suicide, four lines in a paper, a little black box, and I thought that was a very bad eulogy, so, this is called "A Most Peculiar Man".

Пол Саймон: Вот песня, которая называется "A Most Peculiar Man". Эту песню я написал, когда жил в Лондоне, и семена этой песни были брошены, когда я прочитал в газете заметку о человеке, совершившем самоубийство, четыре газетных строчки, маленькая черная рамка, и я подумал, что это была довольно плохая эпитафия, поэтому песня называется "A Most Peculiar Man".

Предисловие к "Red Rubber Ball"

RealAudio 8 kbps, моно, 33 с

Art Garfunkel: Paul's just finished a song this week, it's now the 26th Paul Simon song in the collection, almost all of which we have recorded somewhere in a single or an album. There is one fairly notable exception which we would like to do, it's a song that was recorded first before we could get it down by a group called The Cyrkle who used to be good friends of ours, and they sold eight hundred and ninety thousand copies of it, it's called "Red Rubber Ball".

Арт Гарфанкель: Как раз на этой неделе Пол закончил песню, это уже 26 песня Пола Саймона, почти все из них мы записали синглом или для альбома. Существует одно довольно примечательное исключение, которое мы хотим показать. Эта песня была впервые записана еще до того, как мы смогли ею заняться, группой под названием The Cyrkle, они были нашими добрыми друзьями, и они продали 890,000 ее копий. Она называется "Red Rubber Ball".

Предисловие к "The Dangling Conversation"

RealAudio 8 kbps, моно, 26 с

Art Garfunkel: I'd like to do "The Dangling Conversation" for you. This is a song that is about our favorite amongst all the songs. It took us the longest time to record in the studio, and it took Paul the longest time of all the songs to write. It's "The Dangling Conversation".

Арт Гарфанкель: Я хотел бы исполнить для вас "The Dangling Conversation". Эта песня стала почти самой нашей любимой из всех. На ее запись нам потребовалось больше всего студийного времени, и на то, чтобы ее написать, Пол потратил больше всего времени по сравнению с другими песнями. Вот "The Dangling Conversation".

Предисловие к "The 59th Street Bridge Song (Feelin' Groovy)"

RealAudio 8 kbps, моно, 2:26 с

Paul Simon: I came back from England to the United States in December of 1965. "The Sound of Silence" had become a big hit and when I returned I had to make this transition from being relatively unknown in England to a sort of semi-famous over here. I didn't adjust well. It was always slightly embarrassing to me, teeny-bops etc. So I used to think all my sweets are gone, good times gone, left over in England. All the songs I was writing were very down type of songs, nothing happy. Until about last June, for some reason last June I started to come out of it, I started to get into a good mood, I don't know why. One day I was riding along in my Aston Martin and I said to myself... no I really don't have an Aston Martin, in fact I don't have a car at all. I was the type of kid when I was in Paris, we'd sit on the side of the Seine, in Paris, and when the tourist boats go by, you know? I would yell out "Capitalist pig!" So here I am getting into this pleasant frame of mind and I was coming home one morning, about six o'clock in the morning and coming over the 59th Street bridge in New York and what a groovy day it was, a really good one, and one of those times when you know you're not really going to be tired for about an hour. So I started writing a song which later became "The 59th Street Bridge Song or Feelin' Groovy". It really reminds me of such a groovy time.

Пол Саймон: В декабре 1965 года я вернулся из Англии в США. Песня "The Sound of Silence" уже добилась большого успеха, и когда я вернулся, мне пришлось пережить этакий переход от сравнительной неизвестности в Англии к своего рода популярности здесь. Я не привык к такому. Это меня немного смущало, все эти фанатки и тому подобное. Поэтому я думал, что все лучшее позади, лучшие времена прошли, остались там, в Англии. Все написанные мной песни — песни упаднические, никакого счастья. Так было до прошлого июня. По каким-то причинам в прошлом июне я начал выбираться из этого, ко мне стало возвращаться хорошее настроение, не знаю, почему. Как-то раз я ехал в своем "Aston Martin", и я сказал себе... Нет, на самом деле, у меня не было "Aston Martin", у меня вообще не было машины. Я был этаким парнем, когда я жил в Париже, мы сидели на берегу Сены, в Париже, и мимо проплывали туристские лодки, знаете, такие вот, а я кричал им: "Капиталистические свиньи!" А теперь у меня наступил период приподнятого настроения, и однажды я возвращался домой около шести часов утра, шел через мост на 59й улице в Нью-Йорке, и это был такой забойный, поистине замечательный день, когда у вас создается ощущение, что вы не устанете за какие-то час или два. Тогда я начал сочинять песню, из которой позже появилась "The 59th Street Bridge Song or Feelin' Groovy". На самом деле, она напоминает мне о таком классном времени.

Предисловие к "Richard Cory"

RealAudio 8 kbps, моно, 14 с

Art Garfunkel: This is a song which is an adaptation of an Edwin Arlington Robinson poem written some years back called "Richard Cory".

Арт Гарфанкель: Эта песня — обработка стихотворения Эдвина Арлингтона Робинсона, она написана несколько лет тому назад и называется "Richard Cory".

Предисловие к "Benedictus"

RealAudio 8 kbps, моно, 42 с

Art Garfunkel: I'm in the university now, for about 7 years, in a graduate school in Albert. When I was undergraduate, I took quite a few music lessons, one of which got me very involved in 16th century music, and I researched one week in the library a two-part setting of a "Benedictus" from a church mess originally done by Orlando De Lasso, and brought it for the two of us to do it. We rewrote the two parts and added guitar chords to it, and put it into our first album for Columbia. This is our version of "Benedictus".

Арт Гарфанкель: Сейчас я учусь в университете, всего около 7 лет, в аспирантуре в Альберте. Еще будучи студентом, я брал несколько уроков музыки, и один из них увлек меня музыкой 16 века. Я провел неделю в библиотеке, изучая молитву "Benedictus" на два голоса из церковной мессы, написанной Орландо де Лассо, и предложил нам вдвоем исполнить ее. Мы переработали две партии, добавили к ним гитарные аккорды и включили результат в наш первый альбом фирмы Columbia. Вот наш вариант "Benedictus".

Предисловие к "Blessed"

RealAudio 8 kbps, моно, 1:17 с

Paul Simon: There is an area of London called Soho. Soho is roughly equivalent to Greenwich Village in New York. It has a lot of coffee houses, folk clubs, beat clubs and I worked there often and I used to go and see friends who were working there, so I was in and out of Soho very very often. One day I got caught in a downpour and I stepped inside St Anne's Cathedral, which is on a little park in Soho, St Anne's Cathedral. I was impressed with the sermon that I heard being delivered. What impressed me was that it didn't say anything, nothing. When you walked out of there, it didn't make any difference whether you walked in, {...} you know. Because the meek are inheriting nothing, nothing and that's the basis of this song called "Blessed".

Пол Саймон: В Лондоне есть район, называется Сохо. Сохо примерно соответствует Гринвич Виллидж в Нью-Йорке. Там множество кофеен, фольклорных клубов, бит-клубов, и я часто там подрабатывал, заходил повидаться с друзьями, которые там работали, так что я очень-очень часто ходил по Сохо взад-вперед. Как-то раз я попал под ливень и зашел в Собор св.Анны, который располагается в небольшом парке в Сохо, этот самый собор. Я был поражен проповедью, которую там услышал. Что меня поразило, так это то, что в ней ни о чем не говорилось, ни о чем. Когда ты выходишь оттуда, в тебе не происходит никакой перемены по сравнению с тем, каким ты входил, {...} ну, вы понимаете. Потому что кроткие не наследуют ничего, ничего, и вот в чем основа этой песни — "Blessed".

Предисловие к "A Poem on the Underground Wall"

RealAudio 8 kbps, моно, 2:24 с

Art Garfunkel: We have an album, the first one we made for Columbia, it's called "Wednesday Morning, 3 A.M.", and it features on the cover Paul and myself, standing in the Shadows of Love, standing in the subway in New York City, next to an iron post. If you're familiar with the cover, you know that we both wear business suits, standing as the train is about to come in. It happens that the day that we took the pictures, we took about 400 shots, not of that post but of the two of us both leaning against the subway wall which is wide off camera range as you see on the final shot, and we took all these poses and we spent the entire afternoon leaning against this wall until we were pleased with the shot that we thought we were gonna use, and packed up our and cameras and guitars and began to head out of the subway, when I took a brief parting glance at the subway wall in front of which we had taken all the pictures for the first time that day, and noticed that written rather eligibly in the baroque style of New York City subway wall writers was the old familiar suggestion. It was a beautiful illustration that went with it so, we had 400 choices for an album cover and all not acceptable. That was the beginning of the theme which has crept into several of the songs, that people who write on the subway walls — it's made an appearance in "The Sound of Silence" — and it's become the theme of a song that went into our last album. The idea is that the people who do these things are in some sense writing a poem, and the sense is that what they're doing is expressing something that is very sincerely felt at the time, would it be anger or whatever, but the point is that there is a reason why people do or do not do that sort of thing, that song is called "A Poem on the Underground Wall".

Арт Гарфанкель: У нас есть альбом, первый, который мы сделали для фирмы Columbia, он называется "Wednesday Morning, 3 A.M.". На обложке изображены Пол и я, мы стоим в нью-йоркском метро в Тенях Любви, рядом с металлической тумбой. Если вы знакомы с этой обложкой, вы знаете, что мы оба одеты в деловые костюмы и стоим на фоне прибывающего поезда. Вышло так, что в тот день, когда мы делали съемку, мы сделали около 400 кадров, нет, не тумбы, а нас двоих, прислонившихся к стене метро, как можно заметить на итоговом снимке, а стена намного больше и не умещается в кадр. И мы перебирали позы и потратили весь день, опираясь на эту стену, пока не получили снимок, который нас устраивал и который мы собирались использовать. Мы упаковали наши камеры и гитары и собрались уходить из метро, и тут я впервые за весь день бросил быстрый прощальный взгляд на стену, возле которой мы снимали все эти фотографии, и заметил там довольно изощренно, в причудливом стиле украшателей стен нью-йоркского метро выписанный старый знакомый совет. И это было прекрасной иллюстрацией, столь подходящей, ведь у нас было 400 вариантов обложки для альбома, и все были неприемлемы. Так возникла тема, которая проникла в несколько наших песен, тема людей, которые рисуют на стенах метро — ее можно встретить и в "The Sound of Silence" — и это стало темой песни, вошедшей в наш последний альбом. Идея в том, что люди, которые занимаются этими вещами, как бы пишут стихи, и смысл в том, что то, что они делают, выражает нечто такое, что они совершенно искренне в тот момент ощущают, будь это злоба или что-то еще, но главное в том, что есть некая причина, по которой люди занимаются или не занимаются такими вещами. Песня называется "A Poem on the Underground Wall".


"Тени Любви" — аллюзия на одноименную песню со словами "Standing in the shadows of love // I'm getting ready for the heartaches to come // I'm trying not to cry outloud..."

"Старый знакомый совет" — это, конечно, "Fuck!"